general_skokov (general_skokov) wrote,
general_skokov
general_skokov

Category:

Ответ на открытое письмо Д. Кандаурова - часть третья



Ответ на открытое письмо Д. Кандаурова (часть третья)

          Отвечу на Ваши вопросы, сформулированные в самом начале открытого письма. Например, Вы пишите: "Ой! А что это за автомобильчик, явно не военной раскраски, выглядывающий из-за передней части корпуса БТР?"

         На этот вопрос ответили Вы сами в диалоге с одним из пользователей. Сначала Вы сами честно написали на комментарий своего читателя, что "это было исследовательское мероприятие", а затем получили вполне достойный ответ этого же пользователя: "…Если честно, то главное – это как раз 8 [принципы эксплуатации и способы применения – С. Скоков]. Без него всё остальное не имеет никакого смысла. Мегафон, планшеты для создания некоторого макета для отработки именно 8-го это вполне нормально.. Я бы шёл точно таким путём… Берём вообще всё собираем на простых гражданских компонентах и смотрим, что с этим можно натворить.. Заодно формируем требования к тому, что должно быть в итоге".
         Добавлю только, что была мысль попытаться изменить подход к организации системы связи, попробовать её сделать услугой, предоставляемой командиру сторонней структурой, возможно, даже гражданской.

          Далее Вы спрашиваете: "Или ещё раз, но более подробно, написать про попытки использования ЕСУ ТЗ в обстановке, "максимально приближенной к боевой", в ходе учения Кавказ-2012? На полигоне, который позволял развернуть элементы боевого порядка 5 мотострелковой бригады на уставных расстояниях?"

         Конечно, Вы можете написать, но я сомневаюсь, что у Вас получится, что-то добавить по существу к тому, что уже написано. Мне довелось побывать на этих учениях лично, потому могу много показать интересных документов, но тогда мой ответ будет бесконечным. Доведу только итоги, которые проходят в документах:

          "Учения 5 омсбр проводились в соответствии и по нормативам действующих руководящих документов ВС РФ в сложных климатических условиях. В ходе них ЕСУ ТЗ обеспечила непрерывное и устойчивое управление подразделениями бригады. При этом:

         – радиосвязь на всех этапах была устойчивая и непрерывная;

          – передача данных осуществлялась в движении и на месте при развёрнутой опорной сети связи (по причине недостаточной надёжности АПД в ходе управления отмечались сбои при передаче графической и текстовой информации);

          – задачи навигации в целом решены, однако имели место случаи искажения информации о местоположении;

          – программное обеспечение в целом удовлетворяет должностных лиц бригады, хотя однозначно необходимо его совершенствование.

         Кроме того, при возникновении проблем с организацией связи от КП А с бригадой средствами старшего начальника комплект средств связи бригады позволил обеспечить связь командующего армии, аппарата участкового посредника с бригадой.

         Основными проблемными вопросами являются:


          – отсутствие руководящих документов, регламентирующих деятельность должностных лиц бригады, органов управления при применении ЕСУ ТЗ при подготовке и в ходе ведения тактических действий;


          – отсутствие системы подготовки должностных лиц и специалистов для работы на средствах автоматизации;


          – низкая надёжность, сложность в эксплуатации АПД;


          – в связи с появлением новых возможностей средств информационной работы необходимо уточнить порядок организации связи".

         Идём далее. Вы меня упрекаете: "Правда, почему-то скромно умолчали, о том, что все описанные Вами подразделения, а также пункты управления того самого "хозяйства" имели в своём составе программно-аппаратные комплексы и средства связи ЕСУ ТЗ".

         На это хочу заметить, что решением военного командования в ходе непосредственных действий, АПД не пользовались, всё управление осуществлялось радиосредствами.

         Что же, если я ничего не упустил, то пришло время ответить на крайний вопрос, заданный Вами в открытом письме: "Я  прошу прощения за вопрос, но, насколько Вы смогли реализовать свои идеи, высказанные в упомянутом докладе за три года своего участия в реализации проекта, будучи одним из его руководителей?"

         Мой доклад на имя начальника Генерального штаба остался без ответа. На протяжении всего времени, о котором Вы упоминаете, я руководил исключительно аппаратом генерального конструктора, который обеспечивал работу последнего. Но руководитель аппарата генерального конструктора, поверьте, это не совсем то, о чём Вы, видимо, подумали. По определению руководитель – это человек, обладающий определённой властью со всеми её атрибутами, а должность, которую занимал я, не предполагала ни власти, ни каких-либо атрибутов. Поэтому признаюсь честно, что большими свершениями похвастаться не могу. Однако тот факт, что система живёт и развивается в ситуации, сложившейся в настоящее время, есть и моя заслуга.

         Уважаемый коллега, из Вашего обращения я сделал вывод, что Вы хотите убедить всех: "То, что Вы (то есть я – Сергей Скоков) предлагаете создать (и внедрить в войска) на современном этапе развития наших ВС не сможет в них работать. В силу нескольких причин".

         В своём открытом письме Вы пишите:


          "Уважаемый Сергей Иванович! Дело в том, что тот огромный потенциал и возможности, которые Вы изначально предлагаете заложить в систему, путём внедрения в неё СППР (ИСПВД), к сожалению, избыточны.


          Конкретно, они избыточны для удовлетворения требований общевойсковых командиров к управлению звеном бригада-батальон-рота-взвод на современном этапе их развития.

         Причём, как самих командиров (с так называемым "академическим образованием" сроком в 10 (десять!) месяцев), так и управляемых ими войсковых формирований, укомплектованных срочниками (с годичным сроком службы)".


          И далее Вы меня спрашиваете: "Скажите, пожалуйста, Сергей Иванович, с учётом существующей организационно-штатной структуры разведывательных подразделений, Вы сами-то верите в то, что нашим разведывательным органам, удастся добыть не всё, но хотя бы 60% необходимой, а главное – достоверной информации о составе, состоянии, и вероятном характере действий противника?"

         С Вашими предложениями в целом можно согласиться, если создавать АСУ, не изменив условия, но если их не изменить и идти последовательно "мелкими шажками", решая отдельные технические проблемы, как Вы предлагаете, то создание какого-нибудь приемлемого варианта автоматизированной системы управления будет невозможно. История тому свидетель.

         Как-то при осуждении проблем создания автоматизированных систем управления президент Клуба военачальников Российской Федерации генерал армии Куликов А.С. заметил следующее. С тех пор, когда он старшим лейтенантом в 1974 году поступил в Военную академию им. М.В. Фрунзе и начал изучать автоматизированную систему управления Сухопутных войск (АСУ "Манёвр"), которая не сопрягалась ни с АСУ ПВО, ни с АСУ ВВС, а также других видов и родов войск, ничего, по существу, не изменилось, а ситуация ещё больше усугубилась.

         Не так давно по телевидению вспоминали генерала Л.Я. Рохлина (замечу, что я знал его достаточно хорошо по совместной службе в ТуркВО). И мне на память пришёл следующий эпизод. После расстрела войсковой колонны 16 апреля 1996 года в районе населённого пункта Ярышмарды (в бою тогда погибло 96 человек), генерал Рохлин в качестве председателя Комитета Государственной Думы по обороне возглавил расследование, для чего прибыл в Мулино. А так как эта тема задевала моего единственного друга, то я решил также поехать в Мулино. Увидев Льва Яковлевича, спросил его: "Приехали наших сажать, искать крайних?". На это он мне ответил: "При чём здесь вы, засранцы?! Виновата система!" Эти слова я запомнил на всю оставшуюся жизнь.

         Так и в нашем случае большинство людей, в том числе и Вы, говорят о важных, но всё-таки вторичных вещах: об отсутствии необходимых средств связи, отечественной элементной базы, недостаточном количестве разведчиков и т.д. и т.п. А главная проблема состоит в том, что у нас нет эффективного механизма создания подобных систем, поэтому с 1969 года не имеем ничего приличного в плане полнофункциональных АСУ.

         Я приведу два примера. Более десяти лет назад была создана АСУ "Акация", которая в настоящее время находится в эксплуатации в системе управления одного из стратегических объединений, а также на вооружении оперативного объединения, находящегося в подчинении совершенно другого стратегического объединения. Таким образом, налицо ситуация, когда в ходе опытной эксплуатации по чисто организационным причинам не создана замкнутая вертикаль управления между органами стратегического и оперативного уровней.

         При этом оба этих объединения – и стратегическое, и оперативное – имеют свои конкретные боевые задачи, их органы управления, имея соответствующие организационные структуры, в ходе подготовки и выполнения этих задач реализуют алгоритмы, которые определены существующими руководящим документами. Вполне естественно, что внедрение непонятного, чуждого сложившейся системе управления элемента в виде новой автоматизированной системы управления войсками не влечёт за собой ничего хорошего.


          Кроме того, в указанном оперативном объединении ситуация усугубляется ещё и тем, что для полноты эксперимента было принято решение поставить на вооружение одного из его соединений автоматизированную систему управления тактического звена, разработанную в рамках ОКР "Созвездие М" и "Созвездие М2". И так как все эти автоматизированные системы созданы вне единой технической идеологии, то вполне естественно, что появляются проблемы не только с автоматизацией управления, но и в управлении в целом. Кроме того, до настоящего времени системы управления формирований родов войск и специальных войск этого объединения автоматизации не подлежали вообще.

         Но на этом эксперименты с существующими системами управления не завершаются. В рамках ОКР "Заря 21" и "Заря 22" создаётся ещё один вариант АСУВ, который также передают на опытную эксплуатацию в упомянутое стратегическое объединение. Таким образом, в данном  объединении появляется третья техническая основа системы управления (параллельно ей функционирует штатная, а также АСУВ "Акация"). Кроме того, автоматизированной системой управления войсками, разработанной в рамках ОКР "Заря 21" и "Заря 22", оснащают также оперативное объединение, которое подчиняется вышеуказанному органу управления.

         И вот здесь наступает кульминационный момент. Это я про «Кавказ -2012». Для проверки уровня автоматизации управления по всей вертикали принимается весьма интересное решение: соединение, оснащённое АСУ тактического звена, изъять из оперативного объединения, оснащённого АСУВ "Акация", и подчинить управлению стратегического объединения, оснащённому автоматизированной системой, разрабатываемой в рамках ОКР "Заря 21" и "Заря 22". Полагаю, что результаты этих экспериментов достаточно легко было предсказать, и они являются прямым следствием отсутствия единой идеологии построения системы управления.

         Необходимо подчеркнуть, что в приведённом выше примере не рассматривается и не обсуждается оценка степени готовности и совершенства всех трёх типов автоматизированных систем, поступивших на вооружение отдельных стратегических и оперативных объединений, а также тактических формирований.
         Полагаю, что в данном случае можно не обращать внимания на потраченные бюджетные средства, упущенное время, на то, что таким образом подрывается, дискредитируется сама идея автоматизация процессов управления, идея создания АСУ войсками и оружием. Однако ни в коем случае нельзя упускать из виду то, что привлечение к экспериментам подобного рода воинских формирований, имеющих вполне конкретные боевые задачи, снижает их готовность к выполнению задач по предназначению, а также снижает в целом боевой потенциал Вооружённых Сил России. Здесь весьма уместны слова, произнесённые Павлом Милюковым с трибуны Государственной Думы Российской Империи IV созыва: "Что это – глупость или измена?!"

         Не так давно на одной из встреч со специалистами по разработке АСУ зашёл разговор о системах электронного документооборота (СЭД). Представитель одной компании-разработчика настаивал на совершенстве и привлекательности своей системы, руководитель другой фирмы говорил о плюсах своей продукции. Но им совершенно нечего было возразить по поводу того, что обе системы, несмотря на всё перечисленное производителями технико-технологическое совершенство, не сопрягаются друг с другом, не имеют возможности взаимодействовать, так как одна задача электронного документооборота выполняется за счёт совершенно разных программных и аппаратных решений.


          Кроме того, в ходе диалога выяснилось, что примеров успешного и полноценного функционирования этих СЭД в настоящее время нет. Представляется, что причина лежит на поверхности и заключается в том, что любой производитель ориентирован на максимизацию прибыли, а наиболее доходной частью в изделии, предназначенном для автоматизации (вне зависимости от сферы применения), является техническая основа. Именно она позволяет повысить маржу и при этом не затрачивать силы и средства на всё остальное, вторичное с точки зрения производителя, но при этом крайне важное с точки зрения потребителя. В такой парадигме производители системы электронного документооборота не мотивированы изменять алгоритмы решения задач делопроизводства с учётом возможностей средств автоматизации. Они не стремятся разрабатывать оптимальные организационные структуры для эксплуатации изделия, создавать действенную систему внедрения, которая позволила бы на основе обратной связи с потребителем вносить коррективы в продукт и таким образом совершенствовать его. Как следствие, потребитель, находясь в рамках прежних, традиционных условий и документов, регламентирующих его деятельность, не зная возможности и порядок применения нового продукта, в лучшем случае его игнорирует, а в худшем – отвергает. Вам эта ситуация ни чего не напоминает?

         Согласитесь, что если вести речь о системах военного предназначения, то эту задачу самостоятельно не смогут решить ни военные, ни промышленность.

       Последние два года я пытался обосновать необходимость создания научно-исследовательской структуры, способной обеспечить эффективное взаимодействие между экспертами военной организации, наукой и промышленностью при решении задач создания, испытания и внедрения сложных, высокоинтегрированных систем. Основными направлениями деятельности подобной структуры могло бы быть создание комплексных систем для решения задач: военных действий в различных сферах (космосе, воздухе, на земле, воде, в информационном пространстве); миротворческой деятельности; противодействия террористической деятельности; предотвращения и ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций; обеспечения режимов чрезвычайного и военного положения. В зависимости от обстановки эти задачи могут дополняться или видоизменяться.

         Подобную структуру можно использовать для: разработки сценариев в соответствии с прогнозируемыми угрозами; совершенствования системы управления (как в мирное время, так и в ходе военных действий); совершенствования системы планирования применения и подготовки войск (сил); создания, развития систем, средств вооружённой борьбы и управления; разработки процедур и организационно-штатных структур органов управления и формирований. В определённых случаях научно-испытательные подразделения могли бы выполнять боевые и специальные задачи сопровождения или участия в международных операциях, использоваться в качестве "условного противника" в ходе мероприятий оперативной и боевой подготовки Вооружённых Сил России.

         Кроме того, может решаться большой блок прикладных задач: определение оптимального порядка комплектования формирований личным составом и техникой, условий для их жизнедеятельности, обучения, подготовки и эксплуатации; определение порядка создания, содержания, подготовки мобилизационного резерва и многие другие.
При этом предлагаю исходить из ряда базовых принципов:

         1. Не касаться и не привлекать к экспериментам существующие системы управления до тех пор, пока не будут созданы и опробованы систем, способные заменить действующие.


          2. Для выработки единой идеологии структуры перспективных систем, а также для их разработки и создания, для проведения эксплуатационных и оценочных испытаний, последующего внедрения созданных систем необходимо сформировать минимально достаточную организационную структуру, способную решить эти задачи.


          3. Вся деятельность по созданию перспективных сложных систем должна быть жёстко регламентирована и предполагать персональную ответственность должностных лиц за конечный результат.

         При разработке перспективных систем в рамках предлагаемой организационной научно-экспериментальной структуры целесообразно объединить усилия идеологов от военной организации, а также представителей науки, которые вместе должны выполнить основную функцию управления – целеполагание, сформировав исходные данные для дальнейшей работы.

         При этом должны быть определены:

          – существующие и перспективные угрозы;

          – задачи по реагированию на них;

          – способы решения задач;

          – роль и место различных ведомств и федеральных служб при совместном решении этих задач;

          – необходимые силы и средства для совместного решения этих задач;

          – система всестороннего обеспечения и управления.

          Всё это должно закреплено соответствующими законами и другими руководящими документами, руководствами по применению.

       Подводя итоги, хочу отметить ряд положений и сделать следующие выводы:

       1. У нас есть совпадения по ряду позиций:

       – мы оба по одной военной терминологии – "сбитые лётчики", а по другой – "стреляные гильзы" (для тех, кто не знает, доведу, что металл, из которого делают современные гильзы, не имеет большой цены даже как металлолом, поэтому гильзы или закапывают, или топят);

       – нас до сих пор интересует военная тематика;

       – мы оба что-то знаем в военном деле, а с учётом тезиса о "сбитых лётчиках" можем без ограничений высказывать своё мнение (конечно, не предавая интересы государства). Правда, меня отчасти ограничивает ещё и корпоративная этика;

       – мы оба, видимо, не имеем других способов воздействия на ситуацию, кроме как доложить свои предложения тем, кто ещё в строю и может этими предложениями воспользоваться.

       2. Однако мы мыслим разными категориями, у нас разные ориентиры:

       – Вы говорите о солдате с лопатой, в тактическом звене, а я веду речь о перспективных автоматизированных системах управления войсками и оружием;

       – Вы хотите на основе прошлого творить настоящее и будущее, а я считаю этот путь бесперспективным. При этом предлагаю понять, что изменилось и может измениться в этом мире относительно средств вооружённой борьбы, в том числе и средств управления. А дальше реализовать закон зависимости форм и способов решения задач от применяемых средств. Для чего адаптировать к возможностям этих средств порядок решения задач, организационные структуры и функционал должностных лиц подразделений, предназначенных для решения этих задач. При этом из прошлого взять только тот опыт, который может сгодиться, а остальное оставить на суд историков и для работы учёных;

       – Вы говорите, что у нас отсутствует связь, и она не обеспечивает работу АСУ, что у нас нет своей элементной базы, называете ещё множество проблем. И я соглашаюсь с этим. Но, тем не менее, пытаюсь быть услышанным и довести до сознания лиц, ответственных за принятие решений, что если мы не хотим окончательно превратить Россию в страну третьего мира, то кто-то что-то должен начать делать, предпринимать решительные шаги;

       – Вы переживаете, что в соединении недостаточно сил и средств разведки, а я предлагаю вообще оставить в покое системы, которые сейчас хоть как то функционируют и продолжают решать задачи.  Полагаю, что главной задачей в сложившейся ситуации является недопущение дезорганизации функционирования различных действующих систем управления. Убеждён, что в масштабе всей страны, а не только в масштабе Вооружённых Силах России, нужно создавать базу для разработки и внедрения перспективных сложных систем, связанных с решением задач обеспечения обороны и безопасности государства.

         Несомненно, что реализация подобных подходов – дело архисложное, и причина этому описана Никколо Макиавелли в его бессмертном труде "Государь": "Надо знать, что нет дела, коего устройство было бы труднее, ведение опаснее, а успех сомнительнее, нежели замена старых порядков новыми. Кто бы ни выступал с подобным начинанием, его ожидает враждебность тех, кому выгодны старые порядки, и холодность тех, кому выгодны новые".

         Таким образом, с учётом написанного мною в пункте первом (о совпадениях во взглядах) продолжение дискуссии по вопросам, обозначенным в пункте втором (о расхождении во взглядах), становится бессмысленным. Поэтому для нас с Вами вижу только два рациональных пути: или, как рекомендовал один из Ваших читателей, писать только по сути, или же – дополнять друг друга.

         При этом я искренне убеждён, что в нашей ситуации успех в этом безнадёжном деле может быть только если лица, ответственные за принятие решений, услышат всё того же Никколо Макиавелли, который писал: "…Ни один из названных выше итальянцев не достиг цели. Объясняется это тем, что старые порядки нехороши, а лучших никто не сумел ввести. Виной же всему слабость военачальников: если кто и знает дело, то его не слушают, и хотя знающим объявляет себя каждый, до сих пор не нашлось никого, кто бы так отличился доблестью и удачей. Таким образом, изучив недостатки того и другого войска, нужно построить новое, что достигается как новым родом оружия, так и новым устройством войска. И все это относится к таким нововведениям, которые более всего доставляют славу и величие государю".

         В заключении добавлю, что генеральный директор концерна дал мне право укомплектовать ряд должностей, до сих пор я этого права не лишён. Будучи НГШ СВ РФ, приглашал Вас к сотрудничеству на инициативной основе, а теперь предлагаю работу. У Вас появляется прекрасная возможность от слов перейти к делу – к делу создания АСУ.



Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 40 comments